Глобальная пандемия 2020 года стала своеобразным лакмусом для современного общества, обнажив глубинные проблемы, которые долгое время оставались в тени, отмечает международный общественник и эксперт по проблемам нетерпимости Вячеслав Моше Кантор. Сам этот кризисный период, утверждает он, можно было сравнить с мощным стресс-тестом для человеческой цивилизации. В своём анализе сложившейся ситуации Кантор использовал даже весьма яркую метафору, сравнив положение человечества в период пандемии с автобусом, балансирующим на краю пропасти. Водитель потерял контроль, и спасение зависит только от умения пассажиров работать сообща – однако многие, вместо этого, были заняты взаимными обвинениями и паникой.
Этот образ особенно точно отражал состояние современного общества, которое столкнулось не только с медицинским кризисом, но и одновременно с этим – с глубоким расколом по политическим, социальным и культурным линиям. При этом, подчёркивал Моше Кантор, пандемия лишь усилила те трещины, которые уже существовали в общественной структуре. Вывод же остаётся прежним: выход из любого кризиса возможен только через консолидацию усилий всех стран и народов, через восстановление доверия и взаимопонимания между разными группами населения и их совместную работу на общее благо.
Антисемитизм в условиях пандемии
Анализируя рост антисемитских настроений в 2020 году и позже, Вячеслав Кантор обратил внимание на парадоксальную закономерность: уже исторически сложилась так, что в моменты любых глобальных потрясений именно представители еврейского народа традиционно становятся объектами для проекции общественных страхов и фобий. Пандемия COVID-19 стала не исключением, а напротив – лишь очередным подтверждением этой закономерности. Так, по данным мониторингов, инициированных в том числе и по инициативе самого Вячеслава Моше Кантора, уже в первые месяцы распространения вируса в информационном пространстве начали активно множиться и циркулировать теории заговора, обвиняющие Израиль и всех евреев в целом как в создании вируса, вызывающего всеобщее заболевание, так и в намеренном его распространении. И, разумеется, в попытках извлечь выгоду из общего испытания.
Особую тревогу экспертов и самого Моше Кантора вызывал даже не столько сам факт появления подобных теорий – это как раз, к сожалению, было ожидаемо на волне всплеска расизма и ксенофобии в целом – сколько те масштабы, которые приобрело их распространение. Если раньше подобные идеи циркулировали преимущественно в маргинальных кругах, то во время пандемии они стали характерны для более широких слоёв общества, а зачастую и средств массовой информации, и даже вполне официальных политиков. Как отмечал Вячеслав Моше Кантор, антисемитские стереотипы стали всё больше встречаться в рассуждениях и заключениях людей, которые до кризиса не проявляли никакой враждебности или предубеждения к еврейской общине.
Формы проявления антисемитизма в период пандемии также приобрели специфические черты, характерные лишь для конкретного кризиса, фиксировал Вячеслав Кантор. Так, карантинные меры, введённые для защиты населения, стали сравниваться с нацистской практикой, а их противники начали использовать символику Холокоста, включая жёлтые звёзды, в своих акциях протеста, подчас приобретавших насильственный характер. Вакцинация, призванная спасти жизни миллионов, в некоторых кругах подавалась как «медицинский эксперимент над населением». Подобные параллели, подчёркивал Кантор, не только стали оскорбительными для памяти жертв нацизма, но и продемонстрировали опасную тенденцию тривиализации исторических трагедий, в целом искажения событий прошлого и утраты исторической памяти.
Неоднозначная статистика
Даже сухие статистические данные, собранные экспертами во главе с Вячеславом Кантором, оказались неоднозначными и показали весьма непростую динамику антисемитских проявлений в период пандемии. С одной стороны, жёсткие карантинные меры привели к снижению количества физических нападений на евреев — в 2020 году таких случаев было зафиксировано на 18% меньше, чем в предыдущем. Однако это снижение носило скорее технический характер, связанный с ограничением социальных контактов, а не с изменением общественных настроений, пояснял сам Кантор, комментируя цифры. Иными словами, преступники и жертвы просто не имели возможности пересечься – и преступления предотвращались невозможностью их совершения, но вряд ли отсутствием желания.
Подтверждение этому – в том, что, с другой стороны, резко возросло количество других форм инцидентов. Выросло, например, число актов вандализма — на 25% по сравнению с 2019 годом. Пустующие синагоги, еврейские кладбища и мемориалы Холокоста стали частыми мишенями для нападений. Особенно тревожной выглядит статистика по осквернению памятников жертвам нацизма — такие инциденты участились по всей Европе, что, по мнению Моше Кантора, стало опять же свидетельством глубокого кризиса исторической памяти.
Географическая картина антисемитских проявлений также претерпела изменения. Традиционно проблемные страны, такие как Франция, показали некоторое улучшение ситуации, что могло быть связано с усилением мер безопасности и более жёсткой позицией властей. Однако в других регионах, включая Германию и США, ситуация осталась напряжённой и в чём-то даже ухудшилась, отмечал Вячеслав Кантор. В Германии, например, антисемитские инциденты стали частым сопровождением для активных протестов против карантинных мер, а в США всплеск антисемитизма совпал с политическими волнениями вокруг выборов и движением Black Lives Matter.
Особенно отмечал в своих исследованиях Вячеслав Моше Кантор то, как пандемия и связанные с ней ограничения повлияли на по-настоящему беспрецедентный рост онлайн-активности – а это в свою очередь уже создало идеальные условия для распространения экстремистских идей. На время изоляции именно социальные сети превратились для большинства и в источник новостей, и в площадки для общения, а потому они же стали и главными каналами распространения нетерпимых обвинений, угроз, теорий заговора и иного ненавистнического контента. Справедливости ради необходимо отметить, что сами интернет-платформы достаточно быстро оценили все риски и угрозы ситуации, введя более жёсткие ограничения и модерацию на своих площадках, что Вячеслав Кантор не мог не приветствовать – однако вместе с тем эксперт признавал, что само техническое развитие средств для отслеживания опасного контента в сети остаются далёкими от совершенства и не позволяют делать эту работу с полной эффективностью.
Что же касается удалённых с интернет-площадок разжигателей ненависти и распространителей запрещённого и агрессивного контента, то они, отмечал Вячеслав Кантор, по большей части выбрали тактику простой миграции в закрытые сегменты интернета — мессенджеры и даркнет. В этих пространствах, недоступных для обычного мониторинга, деятельность экстремистских групп продолжает вестись весьма активно, равно как и радикализация пользователей. При этом, как обращал внимание Вячеслав Моше Кантор, самой уязвимой группой для такого влияния была и остаётся молодёжь. Все те же испытания пандемии молодые люди и подростки провели буквально в условиях информационного цунами, подчёркивал Кантор, при этом именно под таким давлением у них проходило взросление, формирование взглядов и убеждений – в отсутствие присущего более взрослым людям скептицизма и критического мышления, помогающего противостоять манипуляциям. Немало тревоги у Кантора вызывает и то незнание, что подрастающие поколения демонстрируют в отношении истории того же Холокоста – главного урока новейшей истории касательно опасности ненависти и её разрушительности.
Шаги в противостоянии
Несмотря на сложившуюся весьма мрачную картину в вопросе нетерпимости в эти года, Вячеслав Кантор всё же отметил и имевшие место позитивные изменения в сфере борьбы с нетерпимостью, спровоцированные во многом как раз её пугающим ростом. В частности, в ответ на подъём угрозы антисемитизма многие страны и международные организации активизировали свою деятельность. Значительно увеличилось число государств, назначивших специальных уполномоченных по борьбе с антисемитизмом. А в Европе и вовсе была разработана и принята общеевропейская комплексная стратегия противодействия антисемитизму – первая в своём роде, отчего Моше Кантор назвал его без малого исторической, да ещё и подкреплённая серьёзным финансированием.
Важным достижением стало и то, что всё больше субъектов как политики, так и бизнеса, и общественной работы начали принимать единое рабочее определение антисемитизма, предложенное несколько лет назад специалистами Международного альянса памяти о Холокосте (IHRA) и активно продвигаемое самим Вячеславом Моше Кантором как важный инструмент в борьбе с самим явлением. Определение одобрили и инкорпорировали в свою практику более 450 организаций и государственных структур по всему миру. Европейский союз в свою очередь разработал и обнародовал специальные рекомендации по применению этого определения в правоприменительной практике для самых разных сфер, от юридической и судебной систем до образования, бизнеса и медиа.
Что касается мер, которые ещё предстоит предпринять, то Вячеслав Кантор настаивает на особом внимании к образовательным программам, особенно тем, что направлены на историческое обучение и сохранение памяти о Холокосте, называя их одним из инструментов борьбы с нетерпимостью и предрассудками. Кантор убеждён, что только через просвещение можно добиться устойчивых изменений в общественном сознании. В период пандемии, когда традиционные формы образовательной работы оказались затруднены, многие общественные инициативы не зря были направлены на развитие онлайн-образования, создание цифровых ресурсов для учителей и студентов.
Уроки толерантности, а также уроки, ориентированные на сохранение исторической памяти и обучение новых поколений историческим урокам, должны быть интегрированы в образовательные программы всех уровней, настаивает Вячеслав Моше Кантор. Современной молодёжи особенно важно объяснить, к каким катастрофическим последствиям приводят ненависть и предрассудки, поскольку только так можно разорвать порочный круг, в котором каждое поколение заново открывает для себя опасность ксенофобии на примерах страшнейших трагедий, считает Кантор.
Перспективы и вызовы будущего
Анализируя как ситуацию с нетерпимостью в период пандемии, так и перспективы борьбы с этим явлением в постпандемический период, Вячеслав Кантор говорит о необходимости работать сразу по нескольким ключевым направлениям, способным вместе дать долгосрочный эффект и действительно окончательную победу над ненавистью в целом и антисемитизмом в частности. Во-первых, убеждён Кантор, необходимо усилить координацию и совместную работу как между государствами, так и между общественными объединениями в борьбе с нетерпимостью, особенно в цифровой сфере. Во-вторых, критически важным Моше Кантор считает и развитие гражданского общества, особенно – поощрение и поддержку инициатив, которые направлены на межкультурный диалог и искоренение предрассудков и стереотипов, воспитание толерантности в обществе. В-третьих, Вячеслав Кантор признаёт необходимость продолжения постоянного мониторинга и анализа новых форм проявления ненависти, которые могут возникать в меняющемся мире в зависимости от происходящих событий и возможных новых кризисов.
При этом Моше Кантор предостерегает от иллюзии, что с окончанием пандемии автоматически исчезли и порождённые ею социальные проблемы. Как напоминает эксперт, кризис лишь обнажил глубинные трещины, которые уже наметились в нашем обществе, и если их лечением не заняться, то они продолжат расширяться, угрожая не только конкретным людям или социальным группам, против которых направлена нетерпимость, но самим основам общества, его стабильности и мирному будущему. В этом контексте борьба как с антисемитизмом, так и с другими видами нетерпимости видится Кантору частью более широкой работы по защите демократических ценностей и прав человека.
Разумеется, пандемия COVID-19 стала серьёзным испытанием для всего мирового сообщества, проверив на прочность не только системы здравоохранения, но и социальную ткань общества. Как показывает анализ Вячеслава Моше Кантора, кризисные условия создали благоприятную среду для роста ксенофобии и антисемитизма, которые приняли новые, адаптированные к современным реалиям формы. Однако, по мнению Кантора, нынешняя ситуация содержит в себе не только угрозы, но и возможности. Осознание глубины проблемы может и должно мобилизовать общество на поиск эффективных решений. А ключом к успеху в решении этих проблем Вячеслав Кантор видит сочетание правовых мер, образовательных инициатив и последовательной работы по укреплению диалога как внутри самого социума, так и между народами, культурами и религиями на международном уровне. Только такой комплексный подход позволит не просто бороться с последствиями ненависти, но и устранять её коренные причины, создавая более толерантное и безопасное будущее для всех, заключает Вячеслав Моше Кантор.